«Rock, Savoy Rock». Раскачать. Savoy призывал ещё 70 лет тому назад Andrew Odom.

«Рок, Savoy рок» — это его запись 70-летней давности, открывает программу «Весь этот блюз». Ведёт программу Андрей Евдокимов.

2 февраля 1929 года, ровно 90 лет тому назад, в штате Огайо родился Andrew Odom. В возрасте 18 лет он начал записываться. Настоящий профессионал из музыкальной семьи. Прекрасно одет, с хорошим вкусом, с пониманием, что такое свинг. Он был готов к настоящей большой популярности. «Big Time Baby».

«Baby», малыш, большая удача. Andrew Odom вошёл в историю особым образом, потому что его пластинки — одни из самых первых в каталоге фирмы Chess, которая в те времена ещё называлась Aristocrat Records. 1947 год. 18-летний Andrew Odom записал две песни: одной из них была «Union Man Blues». Он обидел афроамериканцев, работавших почтовыми грузчиками, а другой песней, наоборот, тех, кого называют красношеями в Америке, то есть белыми патриотами в Соединённых Штатах. И песня называлась «Bilbo's Dead».

Почитателям «Властелина колец» не надо беспокоиться — речь идёт о совсем другом Билбо, Теодоре Билбо, сенаторе Соединённых Штатов от штата Миссисипи. В 1946 году он вновь переизбрался на свою должность, и в его предвыборной речи были такие слова: «Я призываю всех американцев, в ком кровь кипит и кто верит в превосходство и общность белой нации, выйти на улицы и проследить, чтобы ни один негр не проголосовал». Цитата из его предвыборной кампании. И он получил свою должность.

Однако нашлись цензоры повыше, чем в Белом доме. В 47-м году Билбо заболел раком горла и почил в бозе в августе 47-го. Наверное, кампания за то, чтобы в ад и в рай были отдельные ворота для белых и цветных, стала его главной предвыборной кампанией уже по ту сторону добра и зла. Но это всё для теологов, а для нас — истории земные и реальные.

Дебют Andrew Odom вышел весьма противоречивым. Ну а песня вошла в историю, потому что как блюз это безупречно. «Bilbo's Dead».

С тех пор, как мистер Билбо умер, я чувствую себя осиротевшим — поёт чернокожий певец Andrew Odom. Он продолжал выступать, но уже не затрагивая социальные темы, до 1965 года. Когда рок-н-ролл, рок-музыка окончательно вытеснили его любимый свингующий ритм-н-блюз, он покинул профессиональную сцену. Но для коллекционеров его записи 50-х годов — это просто идеал ритм-н-блюзового исполнения.

По этому поводу послушаем классический блюз «How Long» — Andrew Odom и Leo Blevins Trio.

Девушки отдыхают.

«How Long» — Andrew Odom, к 90-летию со дня рождения.

У нас впереди ещё замечательный юбилей, но надо сказать, что на прошлой неделе начались гастроли замечательной американской певицы J.J. Thames по России. Перед её первым выступлением в Москве мы записали короткое интервью. Вопрос о том, как воспринимают блюз в разных частях света.

«Лично я — я же не могу говорить за всех. Что касается лично меня, я получаю примерно одинаковый отклик везде, куда бы я ни поехала. Это повсюду одинаково. И в Соединённых Штатах, и за морями. Коллективным образом я бы сказала, что в Европе, в Азии, в Южной Америке они лучше воспринимают такую музыку, лучше откликаются на неё. Они готовы её защищать, поддерживать в ней жизнь. Я думаю, что американцы просто немного испорчены. У нас гораздо больше доступа к такой музыке. Она и в церквях, и на уличных перекрёстках. И можно пойти на Beale Street, на Bourbon Street, во французский квартал или на джазовые аллеи в Нью-Йорке. Я хотела сказать, что можно идти куда угодно, и ты слышишь и блюз, и соул, ну, любую коренную народную музыку. В любое время, когда чего-то очень много, мы обычно это проглядываем, пропускаем и не ценим в достаточной степени. В моём опыте Европа и Азия, и Южная Америка более восприимчивы и готовы защищать. Но в общем, что касается отклика аудитории на концертах, это примерно одно и то же.

То, чему я научилась в определённых местах, где английский язык не обязателен для общения, — это то, что я могу использовать и мимику, и жесты. А в конце шоу, в конце представления люди ко мне подходят в буквальном смысле, в соплях и в слезах, чтобы сказать спасибо. Потому что они разобрались в том, что их беспокоит. Они получили облегчение. Потому что, в общем, от музыки мы именно этого и ждём.

Блюз, собственно говоря, — это рассказ про личные истории. Это для того, чтобы разобраться в собственных чувствах, для того, чтобы высвободить негативные чувства и для того, чтобы взрастить в себе позитивный отклик. Это жизнелюбивая музыка. И я думаю, что люди, которые уходят после моих концертов, они должны чувствовать себя снова юными. Они должны чувствовать себя наполненными энергией. Они как будто сбросили с плеч груз. Ну, знаете, как на церковных службах. А если этого не случилось, значит я не выполнила свою работу, свою задачу».

«Holler» — J.J. Thames. Её альбом 2016 года, пока последний в её дискографии. И вопрос о том, как она сочиняет блюзы.

«Как в церковной поговорке: если ты проходишь через ад, просто продолжай идти. Когда-нибудь это кончится. В общем и целом, история моей жизни полна опасностей, ловушек, взлётов, падений, разочарований, трагедий, всего чего угодно. Жизнь — это вообще не стакан чистой воды. Тем не менее, когда поёшь блюз, а петь музыку для меня всегда означает очень важное и личное. Я не могу петь какие-то другие истории. Они не мои. Зачем их петь? Я настоящий рассказчик. А лучший способ рассказать истории — это когда ты идёшь от своего собственного опыта. Снова переживаешь свою историю. С этой точки зрения я не могу ожидать, что вы почувствуете мою тоску или освободитесь от своей. Я не делюсь настоящими происшествиями в своей жизни, но общими переживаниями. И для меня очень важно, что они бы шли именно от моего личного опыта. Как у других — я не знаю, но я могу петь только те песни, в которые я верю».

«Don't Stop My Shine» — не мешай мне сиять. J.J. Thames.

Она пела в оркестре B.B. King All Stars. Ей есть что вспомнить о личном общении с королём блюза. Она из большой семьи с музыкальными корнями. Начинала петь в церкви, где вёл проповеди её отец. Получила школу и джазового, и классического вокала. Сейчас преподаёт пение сама, передавая следующему поколению, по её выражению, блюзовый факел, не гася его. В том числе учит и тому, чему не учат в школе. Объездила почти 30 стран для общения с публикой напрямую. Необходима искренность и открытость — это её кредо.

J.J. Thames будет выступать ещё в Барнауле, Томске, Новосибирске, на Алтае, в Воронеже, в Кирове, в Коряжме. И 16 февраля вернётся в Москву для концерта в клубе B.B. King. Кроме того, в её гастролях ещё и концерты в Тбилиси и в Риге. За точным расписанием заглядывайте на наш сайт в интернете blues.ru и на одноимённые страницы в социальных сетях.

Сейчас ещё одна автобиографичная песня J.J. Thames под названием «Bad Man». Плохой муж — это из личного житейского опыта.

Блюз — это ощущение.

В прошлом году вышел уже второй его совместный альбом с вокалистом и гитаристом Ben Harper — «No Mercy in This Land». Выдвигается на премию «Грэмми» нынешнего года «Love and Trust» — «Любовь и доверие».

Charlie Musselwhite и Ben Harper. «Love and Trust».

Charlie Musselwhite первую пластинку выпустил аж в 67-м году. Называлась она «Stand Back! Here Comes Charley Musselwhite's Southside Band». Всем назад — идёт вперёд группа с южной окраины Charlie Musselwhite.

Блюз Sonny Boy Williamson в трактовке молодого Charlie Musselwhite — «Help Me», помогай мне. В 1967 году пластинка была в режиме моно, никто не относился к ней слишком серьёзно. Половина песен была сымпровизирована прямо в студии. На гитаре здесь солировал Harvey Mandel, на клавишных Barry Goldberg. Продюсером альбома — Samuel Charters. Всё это — именно славные в блюзе имена.

Но история записей Charlie Musselwhite начинается ещё раньше. Ему было 15–16 лет, когда он записывался вместе с блюзовыми отцами. Например, Big Joe Williams, альбом 1960 года. И здесь всё на темы актуальные тогда в американской социальной жизни: и о смерти Мартина Лютера Кинга, и о поджогах чёрных церквей, и о вьетнамской войне — «Army Man in Vietnam», Big Joe Williams, задолго до начала самых горячих событий в этой стране, при поддержке Charlie Musselwhite.

Разные поколения и разные оттенки блюза — Big Joe Williams и Charlie Musselwhite. «Army Man in Vietnam». Вооружённый человек во Вьетнаме.

Вклад Charlie Musselwhite в блюз невозможно переоценить. И понятно, что человек, который начал записываться ещё в 60-м году, записал столько, что всего мы переслушать просто не успеем. Что касается его сотрудничества с основателями блюза как жанра, в 1989 году он аккомпанировал в то время уже своему старому давнему другу John Lee Hooker, которого теперь все вспоминают именно как патриарха блюза. Песня под названием «Cutting Out» — здесь играет группа Canned Heat и на губной гармонике Charlie Musselwhite.

«Cutting Out», Canned Heat и Charlie Musselwhite из 1989 года — аккомпанирует John Lee Hooker.

У Musselwhite с Hooker есть одно общее свойство — очень доверительное, интимное исполнение блюза. Для примера, вот Charlie Musselwhite — аккомпанирует себе сам на гитаре. Сама песня называется «Entry Time». Ну, не время ли? Запись 1994 года в манере госпел — и The Blind Boys of Alabama. Знаменитейшие и великие голоса блюза и госпел. Но здесь очень скромно: они не ведут тему, а как бы сочувствуют.

Таков звукорежиссёр Сергей Игнатов.

90 лет тому назад, 8 февраля, в штате Техас родился Floyd Dixon, ставший знаменитым певцом, пианистом и композитором. Знаменитейшая его блюзовая тема, без которой невозможно вообразить блюзовую фонотеку, — это разудалая хэй-бартендер «Hey Bartender». Сначала мы послушаем оригинальную запись — Floyd Dixon и его оркестр, 1954 год, — а затем её интерпретацию королевой чикагского блюза Koko Taylor.