Программа «Весь этот блюз».

Весёлый, на первый взгляд, на самом деле убойный блюз под названием «Killing Floor». Howlin' Wolf сочинил и записал эту песню в 1964 году, но тема фолк-блюза прослеживается от конца 20-х годов прошлого века.

Программа «Весь этот блюз», ведёт её Андрей Евдокимов. Сегодня, 27 ноября 2017 года, в блюзе день торжественный. Это 75-летний юбилей со дня рождения Jimi Hendrix, гитарного реформатора. Причём не только технического, но и духовного, что роднит его с понятием «реформация» с большой буквы. От его дебютного альбома до его ранней смерти прошло всего 4 года. Жаль, что так мало. Но этого Хендриксу хватило, чтобы изменить музыкальный климат всей планеты.

В 60-е были вообще стремительным временем перемен. К примеру, в начале 60-х государственная британская радиовещательная корпорация была монополистом в эфире и пускала в свои программы только благовоспитанную музыку. Это значит лишь бабблгам, рок-н-ролл, лёгкий твист — и никаких блюзов. Вердикт на запрет выносила особая комиссия общественного благонравия. И давайте не будем гадать, откуда у чопорных английских дам и джентльменов такое чёткое понимание смысла блюзовых эротических аллюзий, откуда понимание глубинного смысла раскачивающего блюзового ритма. Ну, просто чуйка на основной инстинкт.

Со второй половины 60-х совсем другая картина в государственном эфире. И Alexis Korner ведёт на BBC живые концерты. Alexis Korner, крёстный отец британского блюз-рока: в группе Blues Incorporated прошли школу и будущие участники Rolling Stones, и юный Robert Plant. Да легче назвать единственного, кто в ней не играл, — Eric Clapton. Остальные учились там, даже Rod Stewart. В общем, этот человек знает, что говорит, и стоит серьёзно отнестись к его предупреждению тогдашним слушателям.

«А теперь держитесь», — говорит Alexis Korner. «Сегодня вы услышите звуки, каких никогда не слыхали ранее».

Hello, everyone. This is Alexis Korner. And hold on, because today you're going to hear sounds like you've never heard before. The Jimi Hendrix Experience.

Впечатляюще, но основы, как обычно, за деревьями леса не видят. Hendrix был поразительно созвучен своему времени. В отличие от нынешнего вялотекущего распада, 60-е были периодом бурного созидания. В американском обществе происходили такие социальные потрясения, каких в 50-х вообразить нельзя было: от повального патриотизма вдруг перешли к массовым протестам против войны, против расовой сегрегации, против давления общества на личность, против денежного диктата капитализма. В этой дезорганизованной круговерти было наляпано много ошибок. Но так и Hendrix шевырял пальцы на струнах частенько мимо нот, но всегда в правильном темпе. И всё это от нетерпеливости.

Поп-музыка 60-х перестала быть эстрадной и становилась общественным явлением. Она не только отражала перемены общественного сознания — она часто готовила почву для них. В общем, это были времена, когда в музыкальной жизни год можно было считать за три, настолько стремительно шла эволюция. И именно порывистый и пламенный Hendrix стал воплощением той краткой бурной эпохи. Именно он, а не аккуратный меланхоличный виртуоз Clapton — что нисколько не бросает тень на его талант, просто иной типаж. А Hendrix был ураганом на сцене.

Как блюзмен из Дельты, он играл на гитаре над головой, за спиной, вложив её себе на загривок, играл на ней зубами. Но чего точно не делали блюзмены из сельской глубинки — он пользовался ею как кувалдой и сам пёр бульдозером на мониторы, выставив перед собой гитару как ковш, и пытался сжечь. Последнее не получалось, гитара в костёр не превращалась, несмотря на подливаемый бензин. Ну так никто и не говорит, что всё было идеально — уж как получилось.

И закончим на этом со всемирно-историческим значением Хендрикса. В рамках этой передачи правильно рассматривать именно взаимоотношения его, революционера, с традиционным блюзом. И вот именно взаимо — поскольку без блюза Hendrix играл бы совершенно иначе. С другой стороны, аккуратно Hendrix блюз играл лишь в порядке исключения. Обычно он перелопачивал его — грубо, хоть и с любовью, хоть и со знанием дела.

Свой знаменитый «Hear My Train A Comin'» он собрал из строчек разных старинных блюзов, разумеется добавив многое от себя. Есть несколько вариантов записи. Возьмём записанный на концерте в Беркли в мае 70-го года — с ним были Billy Cox и Mitch Mitchell. В древней рецензии журнала Rolling Stone о «нездешности» блюза Хендрикса сказано так: «Его демоны более наэлектризованы и более шизофреничны, чем демоны Robert Johnson, великого блюзмена из Дельты Миссисипи, которого можно считать духовным отцом Хендрикса. Hendrix играет дельта-блюз — в этом не сомневайтесь, — только эта конкретная Дельта может быть где-то на Марсе».

Мы все так или иначе попадали в такие истории или могли попасть. Такую вот телегу прогоняет Jimi Hendrix. Парень мечется по городу, а его подружка не хочет, чтобы он и близко к ней подходил. И вообще всё навалилось сразу, никто не хочет помочь, потому что он, ну, не такой, как все. И он уходит в путь, чтобы стать волшебником, заколдованным ребёнком, вернуться молодым волшебником — Magic Boy.

«Hear My Train A Comin'». Слышу — мой поезд-то уже подходит.

Это вот исполнение в полный рост. По мощи, по протяжённости — трудновато здесь расслышать блюз исконный и домотканый, а он есть. Скэт вынес он с гитарой — хотя термин «скэт» описывает несколько другое, но и вокализмом это не назовёшь. Это следующее по пятам за гитарой нытьё и стенание без слов — характернейший и древнейший приём дельта-блюза. И тут же Hendrix предпочитает мудрёные и парадоксальные авангардные приёмы игры.

Он говорил: гитара для меня основное, голос — просто дополнительное, добавочное, возможность донести то, что я делаю в музыке. И дальше замечательное определение, что такое блюз. Hendrix говорил: я не считаю, что я играю блюз, если я пою песню, в которой нет слова «блюз». Те чуваки, Robert Johnson и другие, их музыка несёт блюзовый смысл, и он становится понятен благодаря им легко и просто. Конец цитаты.

Следующая запись демонстрирует, насколько вольготно, как рыба в воде, как в своей тарелке, было Хендриксу в блюзе. Полвека назад, в декабре 1967-го, он оказался в студии на фотосессии. Разумеется, ему дали гитару в руки — просто попозировать. Но ему легче было сыграть, чем принимать позы, и он сыграл на акустике: та же песня про поезд, что уже подходит, прозвучала совсем иначе.

В юбилейной передаче без одного общеизвестного блюда обойтись невозможно. Это «Voodoo Child (Slight Return)». Всё-таки для Хендрикса это музыкальный автопортрет.

Ещё одна живая трансляция из студии BBC. Конец 1967 года. Представьте себе контекст. В английских чартах лидируют Beatles с водевильным рок-альбомом про сержанта Пеппера. Гениальное творение, но слушается-то легко, никого не раздражает. И «Magical Mystery Tour» — немного сюрреалистичный, но вполне для семейного просмотра. В США на первых местах вообще Monkees — актёры из телесериала, вроде как если бы ребята всерьёз отправились в турне. А вот в эфире BBC вдруг такая анархия и вакханалия.

«Hoochie Coochie Man». Отдать ему должное — сам ортодоксальный блюзовый аналитик, но революционное звучание Jimi Hendrix Experience он оценил и продвигал в публику. Хотя классику он всё-таки объявляет с особой теплотой.

«Hoochie Coochie Man». Песня Willie Dixon, ставшая известной благодаря Muddy Waters. Заметим: Jimi Hendrix исполняет её достаточно близко к оригиналу, что для него абсолютно нетипично.

Говорят, что «Red House» был первым блюзом, который сочинил сам Jimi Hendrix. В этой песне действительно чувствуется точное влияние блюзов предыдущего поколения из дельты Миссисипи. Песню он записывал и перезаписывал множество раз. Этот вариант был сделан в октябре 1968 года в Голливуде.

«Electric Church Red House». Звукорежиссёр на этой записи расчувствовался и сказал: вот это было да. Но тронуть сердце звукорежиссёра непросто — что известно всем.

Программой «Весь этот блюз» мы сегодня отмечали блюзовый юбилей — 75-летие со дня рождения великого Jimi Hendrix. Может быть, с сегодняшней точки зрения он не так уж созвучен времени, однако вклад его в развитие блюза всё равно неоспорим.

Программа «Весь этот блюз», Андрей Евдокимов. Ещё раз напоминаю, что праздновать 30-летие самой программы будем через три дня, в четверг, в джем-клубе Андрея Макаревича. Милости просим.

На прощание — ещё одна песня Muddy Waters, потому что история блюза вращается именно вокруг Muddy Waters. «Mannish Boy» — мужественный мальчик. Запись Jimi Hendrix была сделана в 69-м году.